Что наша жизнь? Аниме! Какие-то знакомые лица сквозь призму восприятия крутейшего художника Ahriman.
 

Добро пожаловать в волшебный мир сказок.
 

Джин Билбрю — американский художник, проживший довольно интересную, но в то же время не самую завидную жизнь. Он родился в 1924 году в Лос-Анджелесе, рисовал уличные вывески, плакаты и фетиш-комиксы, пел в блюз-бэнде Street Boys и умер в 1974 году от передозировки героином прямо на Манхэттене — возле книжного магазина для взрослых, который держал бандит по имени Эдди Мишкин.
 
Но главный его след в истории — обложки огромного количества pulp fiction книжек, выходивших в середине XX века. Билбрю добавил грошовым романам для скучающих домохозяек и озабоченных холостяков фирменную фетиш-эстетику — все эти женщины-вамп в нижнем белье, ищущие приключений в секс-клубах, томные официантки с сигаретками и прочие ножки в нейлоновых чулках впервые появились на обложках книг именно благодаря Билбрю.
 

Фильм «Неуловимые мстители» навсегда остался в памяти у большинства любителей советского кино.
Важнейшим фактором успеха картины стал подбор актеров. Лично мне больше всего запомнился образ бандита «Лютого», которого сыграл обаятельный и неповторимый Владимир Трещалов. Почему я назвал его неповторимым? Давайте по порядку.
 
В. Трещалов родился 25 сентября 1937 года в семье командира. Отец будущего актера ожидал, что сын пойдет по его стопам и свяжет свою жизнь с армией, но у Владимира были другие планы. С самого детства за парнем прослеживался артистизм, но он все же отправился служить в пограничное училище, однако долго там не задержался, спровоцировал драку и попал в дис-батальон.
 

 
Уже на гражданке Трещалов прямо сказал отцу, что этот путь – не его и подал документы в МХАТ, вскоре ему сразу же предложили несколько ролей, но из-за поведения юноши ничего не срослось и его отчислили Опускать руки Владимир не собирался, поэтому поступил во ВГИК, где его и ждал успех.

Художник Евгений Бутенко, живет в глуши Ленинградской области, работает скотником в колхозе и рисует чудесные авангардные полотна.
 

Друзья, не надо бояться Апокалипсиса! Для него пока не было ни одного предвестия. Огромный каменный замок не повис на нити, олень не выпрыгнул из камня, а деревья не потеют кровью. Впрочем, эти чудны́е знамения наступят всего за пару недель до Конца Света — времени подготовиться будет не особо много. По крайней мере, если верить средневековой немецкой литературе, в которой чертовски много смешных эсхатологических образов.
 

 
В декабре 2019 года в Лондоне вышел сборник «Последние Дни в средневековой германской литературе. Грех, зло и Апокалипсис». Ее составитель, американский историк Тина Бойер, кажется, о чем-то догадывалась и, возможно, пытается нас о чем-то предупредить. По крайней мере, теперь мы хотя бы знаем, на какие знамения обращать внимание в злосчастном 2020 году.

Москва, 14 апреля 1930 года.
 
Сейчас может показаться странным, что у главного поэта революции не было виллы на берегу озера Комо или особняка в одном из уютнейших районов Нью-Йорка. Маяковский не испытывал нужды, но в свои 36 жил в обычной коммуналке на Лубянке и всего лишь мечтал об отдельном жилье.
 
Личная жизнь Владимира представляла собой хаос. Все завертелось со знакомства с Бриками. Сначала Маяковский прочитал у них на квартире еще не опубликованную поэму «Облако в штанах», а затем взвалил на себя часть супружеских обязанностей Осипа Брика – и врос в эту семью.
 

 
Лиля Брик определенно имела власть над поэтом – именно такие женщины его и привлекали. Между Володей и Лилей с венерианским жаром вспыхнул роман, но Осип в этой истории не стал третьим лишним. «Я любила заниматься любовью с Осей. Мы тогда запирали Володю на кухне. Он рвался, хотел к нам, царапался в дверь и плакал», – вспоминала Лиля о странном тройственном союзе.

Давненько мы не вспоминали про отечественный дизельпанк нижегородского иллюстратора Андрея Ткаченко. Железные ходоки, байкальский рубеж и аномальная Баба-яга — перемещаемся в параллельный СССР.
 

Луи Лю — влиятельный китайский художник-сюрреалист, переехавший в 1991 году из Северного Китая в Канаду. Если присмотреться к его работам, можно легко угадать причину переезда — с одной стороны картины Лю имеют явный политический и социальный подтексты, а с другой — они настолько гротескны и странны, что не очень-то вписываются в официальный культурный курс КНР.
 
Тем не менее, работы Луи Лю — это далеко не только политическое высказывание об итогах культурной революции в Китае. Это еще и попытка объединить в своей живописи восточные и западные мотивы: китайскую наративную тонкость и детальность европейской живописи, гипер-реалистичностью доведенную до сюра и китча.
 

                                      

Традиция иллюстрировать книжки постельными сценами с демонами появилась в английской литературе примерно в середине XV века, когда в свет вышла серия книг сэра Томаса Мэллори о короле Артуре, легендарном воине и рыцаре Круглого стола.
 
В романе «Смерть Артура» описана история волшебника Мерлина, наставника Артура, рожденного смертной женщиной, которой овладел сам Сатана. Именно этот эпизод и был впервые проиллюстрирован неким неизвестным художником, а позже и вовсе стал важнейшим архетипом всей эпохи позднего Средневековья.
 

«Зачатие Мерлина», неизвестный художник, 1450-1455 г.